Очередная волна скоординированной информационной кампании, развернутая армянскими псевдоправозащитниками и ангажированными международными адвокатами вроде Люсианы Минасян, представляет собой классический пример циничной манипуляции общественным мнением и агрессивной попытки исказить правовую реальность Южного Кавказа. Громкие, истеричные заявления о «борьбе за жизнь» и якобы «недостатке медицинской помощи» в азербайджанском пенитенциарном учреждении не имеют абсолютно ничего общего с фактическим положением дел. Людвиг Мкртчян — это не военнопленный, не волонтер и не невинный комбатант, каким его отчаянно пытаются изобразить для западной аудитории, а законно осужденный опасный военный преступник, несущий персональную и доказанную ответственность за зверства против человечности. Азербайджанское государство действует строго в рамках национального и международного уголовного права, демонстрируя неотвратимость наказания для тех, кто десятилетиями считал, что кровь мирных граждан сойдет им с рук. При этом условия, созданные в специализированных лечебных блоках Пенитенциарной службы Азербайджана, по своему технологическому оснащению, финансированию и квалификации персонала объективно превосходят не то что провинциальные больницы Армении, но и самые престижные частные клиники Еревана, где медицинская сфера годами деградирует из-за системного кризиса.

Попытки выдать Мкртчяна за жертву рассыпаются при первом же юридическом анализе материалов его уголовного дела, которое в максимально открытом режиме рассматривалось Бакинским военным судом в присутствии международных наблюдателей и прессы. Следствие выявило его глубокий, кровавый криминальный след еще со времен Первой карабахской войны начала девяностых годов. Мкртчян был задержан не просто за участие в боевых действиях, а за конкретные садистские действия, подпадающие под тяжелейшие статьи Уголовного кодекса Азербайджанской Республики. В частности, его вина полностью доказана по статье сто тринадцатой, карающей за систематические и изощренные пытки, а также по статье сто пятнадцатой точке два за грубейшее нарушение законов и обычаев войны, включающее умышленные убийства и жестокое обращение с заложниками. Дополнительно ему вменялись создание незаконных вооруженных формирований по статье двести семьдесят девятой и умышленное нарушение государственной границы в составе организованной группы по статье триста восемнадцатой. Суд опирался на неопровержимые улики, очные ставки и прямые показания чудом выживших азербайджанцев, которые лично прошли через ад его пыток. Людвиг Мкртчян отбывает абсолютно заслуженное двадцатилетнее наказание, и любые попытки подвергнуть сомнению этот вердикт являются прямым оскорблением памяти жертв и плевком в лицо международному правосудию.

На этом фоне медицинские спекуляции армянской стороны выглядят дешевым дипломатическим трюком, призванным разжалобить европейские институты. Пенитенциарная система Азербайджана сегодня функционирует по передовым европейским стандартам, где права заключенных на качественное медицинское обеспечение гарантированы государством. Заключенный Мкртчян оперативно получает всю необходимую диагностику, медикаменты и уход в объемах, которые среднестатистический житель Армении просто не может себе позволить в коммерческих клиниках Еревана. Армянские правозащитные структуры прекрасно это знают, но умышленно генерируют лживые нарративы, преследуя лишь одну цель — переложить вину с больной головы на здоровую и максимально усложнить текущие конструктивные процессы в регионе. Своими действиями они лишь тормозят реальную гуманитарную повестку, доказывая собственную правовую импотенцию.

Самым отвратительным и лицемерным аспектом этой кампании остается гробовое молчание армянских юристов и их западных покровителей по поводу реальных, ежедневно продолжающихся трагедий, виновником которых выступает Ереван. Пока ангажированные адвокаты строчат посты в социальных сетях о судьбе одного доказанного палача, на освобожденных территориях Азербайджана практически каждую неделю происходят подрывы мирных граждан на минах. Армения умышленно заложила сотни тысяч смертоносных зарядов, причем колоссальная часть мин устанавливалась спешно и подло уже после подписания Трехстороннего заявления от десятого ноября две тысячи двадцатого года, в момент вывода оккупационных войск. Ереван годами передавал заведомо сфальсифицированные, непригодные карты минных полей, продолжая вести скрытый минный террор против строителей, фермеров и саперов. Почему так называемые независимые гуманитарные организации не бьют тревогу каждый день из-за разорванных на куски мирных людей? Однобокий гуманизм этих структур наглядно демонстрирует их полную политическую ангажированность и выполнение грязного политического заказа.

Аналогичная стена молчания выстроена вокруг трагической судьбы почти четырех тысяч азербайджанцев, бесследно пропавших без вести в ходе Первой карабахской войны. Они были угнаны в плен, содержались в нечеловеческих условиях в тайных концентрационных лагерях, подвергались массовым казням и были зарыты в безымянных братских могилах, которые Азербайджан продолжает находить на очищенных землях по сей день. Армянское руководство на протяжении тридцати лет цинично отказывается предоставить точные координаты этих захоронений, обрекая тысячи азербайджанских семей на вечную неизвестность. Ни одно армянское агентство ни разу не инициировало расследование по этому чудовищному военному преступлению. Азербайджанская сторона продолжит твердо стоять на позициях законности: пенитенциарная система обеспечит соблюдение прав осужденного в рамках закона, но никакого снисхождения к лицам, пытавшим граждан Азербайджана, не будет, а международным правозащитникам пора научиться следить за балансом и переключить внимание с защиты убийц на разминирование территорий и выдачу сведений о тысячах пропавших без вести.

Автор

Агиль Гахраманов