Охрана дикой природы – не просто благородная миссия, а необходимость для сохранения биоразнообразия. Некоторые животные особенно уязвимы, и в их числе бурые медведи, часто страдающие по вине человека.

Пока одни используют их для развлечения и обогащения, другие, не жалея сил и времени, спасают косолапых из адских условий, даря им шанс на лучшую жизнь. На днях в отечественных СМИ появилась информация о том, что для двух братьев — медведей, находившихся в ужасных условиях в одном из азербайджанских ресторанов, организован перелет в британский реабилитационный центр. В связи с этим в «Зеркало» обратился зоозащитник, президент и член совета директоров организации Good World Animal Rescue and Protection (GWARP) Фарид Мансуров, который заявил, что начиная с пятницы получает десятки сообщений и ссылок на эти публикации.

Во-первых, Мансуров подчеркнул, что на территории Азербайджана спасением бурых медведей занимаются Министерство экологии и природных ресурсов, общественное объединение İDEA и сам зоозащитник. При необходимости подключались также сотрудники Министерства внутренних дел. Государственные структуры, по его словам, всегда откликались оперативно, и взаимодействие было результативным.

В этой связи зоозащитник с удивлением воспринял появившуюся в ряде публикаций информацию о масштабной спасательной кампании, инициированной иностранной организацией. Он подчеркивает: иностранные организации могут работать на территории Азербайджана только по официальному приглашению либо в рамках четко согласованного сотрудничества. В нашей стране освобождением медведей из неволи успешно справляются своими силами — есть и отработанные механизмы, и поддержка государства, и искреннее желание зоозащитников изменить ситуацию к лучшему. Иная история — медицинские услуги и узкопрофильная поддержка, где международные партнеры действительно могут оказать незаменимую помощь

Во-вторых, по словам Мансурова, из публикаций складывается впечатление, что медведей освободили чуть ли не на днях и теперь спасают их, отправляя в другую страну.

«Но по имени одного из медведей – Балу, я понял, о ком идет речь. Второго медведя зовут, кстати, Алу, хотя в СМИ его называют почему-то Бенджи. Так вот, их спасло в 2020 году Минэкологии. Их, а также слепого медведя из Шеки перевезли на территорию Алтыагачского национального парка.

Цитируя фрагмент одной из публикаций — «Решающим фактором стали видеозаписи, облетевшие социальные сети, и вызвавшие огромный международный резонанс», — Мансуров говорит, что не понимает, о каких именно видео идет речь. Он подчеркивает, что медведей спасали именно азербайджанские зоозащитники и госструктуры.

Он рассказал о том, как проводилась и проводится работа по спасению бурых животных в Азербайджане, решив прояснить ситуацию.

Активная деятельность в этом направлении началась с 2020 года. Тогда Министерство экологии выделило участок земли на территории Алтыагачского национального парка, где предполагалось временно размещать диких животных. Сам полноценный реабилитационный центр, однако, до сих пор не построен.

Большую помощь в решении инфраструктурного вопроса оказал президент футбольного клуба «Гарабах» Тахир Гезель. Услышав от Мансурова о ситуации, он лично убедился в ее сложности и помог со строительством крупных вольеров для медведей. Конечно, вольеры, как признает зоозащитник, не место для постоянного содержания, но эти условия намного лучше тех, в которых животные жили ранее.

С 2020 по 2024 годы в Азербайджане удалось спасти 21 бурого медведя. Два медвежонка, вызволенные в 2024 году, были переданы в Центр спасения дикой природы при Московском зоопарке. Трое скончались от старости, одна медведица сбежала, и возвращать ее уже не имеет смысла, поскольку она адаптировалась к жизни на воле. Сегодня на попечении зоозащитников остаются 15 животных. Однако вольеров не хватает, а сами условия все еще далеки от идеальных.

Возникает логичный вопрос: почему бы просто не отпустить медведей в дикую природу? Мансуров объясняет, что медведи — не волки. Они быстро привыкают к человеку, воспринимают его как источник получения пищи и ориентируются на запахи на расстоянии до 42 километров. Выпущенный в дикую природу медведь с высокой вероятностью отправится к ближайшему селу в поисках еды, а это создает опасность и для животных, и для людей. Уже были случаи, когда жители сел в панике, убивали таких медведей. По словам зоозащитника, в мире нет ни одного удачного примера возвращения взрослого бурого медведя в дикую природу. А вот только пойманных медвежат можно реабилитировать и отпустить, но только при наличии профессионального реабилитационного центра, которого в Азербайджане нет.

Отдельно Мансуров рассказал, что содержание медведей — дело дорогостоящее. В неволе они могут прожить до 50 лет, и никаких субсидий на их содержание не предусмотрено. Однако, по его признанию, он пока не ставил этот вопрос остро, считая приоритетом борьбу с браконьерством. А она в стране ведется жестко — при наличии доказательств к браконьерам применяются самые строгие меры в рамках закона. Зоозащитник подчеркивает: Азербайджан взял курс на защиту диких животных, и государство всегда реагирует на общественный запрос. Он также поблагодарил вице-президента Фонда Гейдара Алиева, основателя İDEA Лейлу ханум Алиеву, отметив, что именно с ее инициатив началось формирование зоозащитного движения в стране.

С конца 2021 года начался поиск организаций для оказания необходимой ветеринарной помощи спасенным медведям. В нашей стране, к сожалению, таких специалистов нет. В 2022 году на призыв откликнулась международная организация Four Paws International, специалисты которой провели комплексное обследование медведей на месте. В обследовании нуждались не только медведи, находящиеся на территории Алтыагачского национального парка, но и семь медведей, живущие в клетках расположенного неподалеку от ресторана.

«Более 20 лет они живут за решетками, на бетоне на потеху публике… Де-юре они принадлежат Минэкологии, и можно их забрать в любой момент, но нам их негде пока разместить. И они вынуждены находиться в этом медвежьем аду… Но мы обязательно найдем выход. Все это очень печально, однако справедливости ради скажу, что такая ситуация во многих странах. Взять, к примеру, Румынию, где цирковые медведи живут в ужасных условиях. Через Европу идет также трафик живых диких животных. В Таиланде есть медвежьи фермы. Проблема содержания бурых медведей в неволе, к сожалению, есть во всех странах, в которых они обитают. В нашей стране ситуация с дикими животными отнюдь не плачевна, в отличие от бездомных животных», – сказал Мансуров.

Возвращаясь к сотрудничеству с Four Paws, он отметил, что в его рамках зоозащитники наладили связь с Гянджинским аграрным университетом.  Будущим ветеринарам предоставили жилье, питание и возможность учиться у иностранных экспертов. Именно Four Paws предложила найти слепому медведю из Шеки, а также Балу и Алу более комфортные условия в других странах.

«В конце 2024 года Лейла ханум Алиева, посетив Алтыагачский национальный парк, дала указания по улучшению условий содержания медведей. Работы в этом направлении уже активно ведутся, но так как Алу и Балу уже нашли дом за пределами Азербайджана, было решено их туда отправить. И вот в СМИ появились публикации, в которых имя Алу изменилось на Бенджи, а вклад азербайджанской стороны оказался незамеченным. Я не мог на это не отреагировать», – заявил он.

Мансуров подчеркивает: кроме семи бурых медведей, содержащихся на территории ресторана «Джаннет багы», в Азербайджане нет других хищников в частной неволе. В СМИ периодически появляется такая информация, но он призвал тех, кто ее публикует, предоставлять контакты таких объектов, пообещав разбираться в таких случаях.