Сообщение о переговорах между Ереваном и Нью-Дели по поводу возможного производства и сборки ракет Pinaka Mk-II в Армении следует рассматривать не как очередную оружейную сделку, а как сигнал о формировании новой военно-промышленной конфигурации на Южном Кавказе. Пока речь идет только о переговорах: конкретная модификация боеприпаса, условия передачи технологий, объемы производства и степень локализации не определены. Но сама постановка вопроса показывает, что армяно-индийское военно-техническое сотрудничество выходит далеко за рамки традиционной схемы поставки готового вооружения.

По данным индийского портала IDRW, стороны обсуждают поэтапную модель, при которой Армения первоначально может получать из Индии комплектующие и материалы, постепенно увеличивая долю локального производства. Если такая схема будет реализована, Ереван получит не просто очередную систему вооружения, а возможность частично контролировать производство боеприпасов непосредственно на своей территории. Для реактивной артиллерии это имеет принципиальное значение: наличие пусковых установок само по себе мало что дает без устойчивого источника ракет и возможности быстро восполнять их запас.

Однако гораздо важнее то, что Pinaka становится частью уже сложившейся тенденции. С 2020 года Индия превратилась в одного из главных, а по оценке индийского Совета по мировым делам — крупнейшего оборонного партнера Армении. За последние годы Ереван приобрел индийские радиолокационные системы Swathi, артиллерийские комплексы ATAGS, беспилотные и контрбеспилотные системы, а также средства ПВО Akash и реактивные системы Pinaka. В январе 2026 года индийский министр обороны Раджнатх Сингх лично присутствовал при отправке первой партии управляемых ракет Pinaka в Армению.

Таким образом, вопрос уже не заключается в том, будет ли Армения использовать индийское оружие. Она его использует. Вопрос в другом: насколько далеко Нью-Дели и Ереван готовы зайти в создании собственной военно-технологической связки.

Ответ на этот вопрос начал формироваться еще до нынешних переговоров. В августе 2026 года Министерство обороны Индии сообщило о подписании с Арменией меморандума, расширяющего сотрудничество в сфере совместных исследований, инноваций и оборонных разработок. Одновременно стороны обсуждали подготовку кадров, военно-техническое сотрудничество и институционализацию контактов между вооруженными силами.

Именно поэтому потенциальное производство Pinaka нельзя воспринимать как отдельный проект. Оно укладывается в последовательную цепочку: сначала поставка готовых систем, затем обучение и военно-техническое взаимодействие, после этого — исследования и разработки, а следующим этапом может стать локализованное производство. В случае реализации такой модели Армения превращается из конечного покупателя индийского оружия в элемент индийской оборонно-промышленной экосистемы.

Для Еревана это отвечает сразу нескольким задачам. После 2020 года армянские власти последовательно диверсифицируют внешние источники вооружений, стремясь уменьшить зависимость от прежней модели, в которой Россия занимала доминирующее положение. Индия в этом процессе оказалась особенно востребованным партнером, поскольку способна предложить широкий спектр относительно современных систем и одновременно готова развивать производственное и технологическое сотрудничество. По оценке самого индийского Совета по мировым делам, за последние шесть лет стоимость заключенных армяно-индийских оборонных сделок достигла примерно $2,2 млрд.

Для Нью-Дели мотивация еще масштабнее. Индия сама переживает переход от крупного импортера вооружений к быстро растущему экспортеру. В 2025–2026 финансовом году ее оборонное производство достигло рекордных 1,78 трлн рупий, а экспорт — 38,424 млрд рупий; индийская продукция поставляется уже более чем в 80 стран. Поэтому расширение присутствия в Армении соответствует общей стратегии Индии: экспортировать не только готовые изделия, но и собственные технологические компетенции, укрепляя позиции национальной оборонной промышленности.

Здесь и начинается геополитика. Южный Кавказ для Индии — далеко не случайная точка на карте. Регион связывает Черное море, Каспий, Турцию, Иран и транспортные направления в сторону Европы и Центральной Азии. Для Нью-Дели особое значение имеет возможность расширения связности через Иран и Международный транспортный коридор «Север — Юг». Поэтому военно-техническое сотрудничество с Арменией следует рассматривать одновременно как инструмент оборонной политики и как один из элементов более широкой стратегии присутствия Индии в Евразии.

Армения в этой конструкции обладает еще одним преимуществом для Нью-Дели: она уже является крупным потребителем индийской оборонной продукции. Следовательно, Индии не приходится создавать рынок с нуля. Более того, Ереван демонстрирует готовность переходить от закупок к совместным исследованиям и производству. Это позволяет Нью-Дели закреплять собственные технологии в регионе не только посредством контрактов, но и через создание долгосрочных производственных связей.

Для Азербайджана важен именно этот переход. Сам по себе еще один дивизион реактивных систем не способен автоматически изменить военно-стратегический баланс. Реальное значение Pinaka определяется не только количеством пусковых установок или ракет, но и разведкой, целеуказанием, командованием, связью, дальностью и точностью боеприпасов. Поэтому было бы ошибкой преувеличивать непосредственный эффект потенциального предприятия.

Но недооценивать тенденцию также было бы неправильно. Если Армения получает возможность производить хотя бы часть боеприпасов самостоятельно, ее военная система становится менее зависимой от внешней логистики. Если параллельно расширяется производство других индийских систем, формируется уже не набор разрозненных закупок, а более устойчивая технологическая база. Именно в этом заключается долгосрочный эффект.

Более того, индийское присутствие постепенно приобретает институциональный характер. Речь идет о регулярных визитах военных делегаций, контактах генеральных штабов, совместных исследованиях, подготовке специалистов и обсуждении совместной разработки вооружений. Индийский Совет по мировым делам прямо характеризует происходящее как движение от обычного оборонного сотрудничества к более широкому стратегическому партнерству.

Это обстоятельство меняет и привычное восприятие региональной конкуренции. Южный Кавказ все меньше выглядит пространством, где действуют только Москва, Анкара, Тегеран и западные столицы. В регион все активнее входят государства, чьи интересы прежде воспринимались как внешние по отношению к кавказской системе безопасности.

Индия является одним из таких игроков. При этом индийско-армянское сотрудничество объективно пересекается с более широкой системой отношений Индии с Турцией, Пакистаном и Азербайджаном. Военно-политическое партнерство Анкары, Исламабада и Баку является фактором, который в Нью-Дели не могут игнорировать. Индийские аналитики открыто рассматривают армяно-индийские оборонные связи через призму регионального соперничества. Но сводить всю политику Индии к желанию противодействовать Азербайджану было бы чрезмерным упрощением. Для Нью-Дели Армения представляет ценность прежде всего как оборонный партнер, рынок для индийской промышленности и точка расширения собственного стратегического присутствия.

Тем не менее результат для региональной архитектуры остается значимым: военно-технологическое соперничество постепенно получает межрегиональное измерение.

Для России происходящее означает еще одну перемену в оборонном секторе Армении. Это не означает автоматической потери российского влияния: Москва сохраняет позиции в других сферах, а армяно-российские отношения значительно шире оборонных закупок. Но монополия на поставки вооружений, которая десятилетиями была одним из ключевых элементов российско-армянских отношений, очевидно размывается. Индия стала одним из главных бенефициаров этого процесса.

Для Еревана такая политика имеет очевидную логику: чем больше поставщиков и технологических партнеров, тем меньше зависимость от одного внешнего центра. Но одновременно возникает и новая зависимость — от способности Индии обеспечивать поставки, обслуживание и передачу технологий. Поэтому армянская «диверсификация» не означает абсолютной автономии; она означает переход к более сложной системе внешних военно-технических связей.

Именно в этом заключается главный смысл истории с Pinaka. Если переговоры завершатся соглашением, Армения получит возможность перейти от импорта отдельных боеприпасов к частичной локализации их производства. Индия, в свою очередь, получит возможность закрепить свою оборонную промышленность непосредственно на Южном Кавказе. А регион столкнется с новым явлением: крупная азиатская держава будет присутствовать здесь уже не только дипломатически или торгово-экономически, но и через военно-технологическую инфраструктуру.

Поэтому вопрос сегодня заключается не столько в том, сколько ракет Pinaka сможет производить Армения. Гораздо важнее, станет ли нынешний проект первым звеном более масштабной цепочки — от закупки индийских систем к совместным разработкам, локализации производства и долгосрочному военно-промышленному партнерству.

Пока это остается сценарием, а не свершившимся фактом. Но направление движения уже очевидно. Ереван ищет новые центры военной и технологической поддержки, а Нью-Дели получает возможность превратить растущий экспортный потенциал своей оборонной промышленности в инструмент присутствия на Южном Кавказе.

И если Pinaka действительно начнут производить в Армении, это будет означать, что Индия сделала очередной шаг от поставщика оружия к участнику региональной военно-стратегической архитектуры. Для Баку это прежде всего означает необходимость учитывать в расчетах уже не только армянские вооруженные силы, но и постепенно расширяющуюся сеть их внешних технологических партнеров. Для всего Южного Кавказа — еще одно свидетельство того, что региональная система безопасности становится многослойной, а ее внешние участники — все более разнообразными.

Автор

Заур Нурмамедов