Еще несколько лет назад трудно было представить, что премьер-министр Армении Никол Пашинян будет публично говорить о мире с Азербайджаном в тех формулировках, которые звучат сегодня. Получая Гессенскую премию мира в Висбадене, Пашинян выразил признательность президенту Азербайджана Ильхаму Алиеву за вклад в установление мира на Южном Кавказе и заявил, что тот в равной степени заслуживает этой награды. Само по себе это заявление примечательно, но еще важнее политический контекст, на фоне которого оно прозвучало.

Сегодня Пашинян говорит о мире, взаимном признании и нормализации отношений с Азербайджаном, тогда как еще несколько лет назад его риторика была принципиально иной. В августе 2019 года, выступая в Ханкенди, армянский премьер заявил: «Арцах — это Армения, и точка». В сентябре того же года он вновь использовал эту формулу, противопоставляя ее позиции Баку по территориальной целостности Азербайджана. Это была не случайная оговорка, а публично сформулированная политическая позиция армянского руководства.

Именно поэтому сегодняшнюю мирную риторику Пашиняна требуется рассматривать не изолированно, а в сравнении с его заявлениями прошлых лет. Между формулой «Арцах — это Армения» и нынешними заявлениями о признании суверенитета и территориальной целостности двух государств лежит принципиальный политический разворот. Фактически армянское руководство отказалось от прежней модели, в которой карабахский вопрос оставался центральным элементом отношений с Азербайджаном, и перешло к межгосударственной повестке.

Особенно показательно, что нынешняя архитектура мира формируется вокруг тех принципов, которые Азербайджан последовательно отстаивал на протяжении всего конфликта: признания суверенитета и территориальной целостности государств, делимитации границы и установления отношений между двумя государствами без территориальных претензий. В 2025 году Алиев и Пашинян подписали совместную декларацию в Вашингтоне, обозначившую новый этап мирного процесса, а в 2026 году стороны перешли к обсуждению его практической реализации.

Для Баку это означает закрепление принципов, которые долгие годы оставались предметом международных споров. Для Еревана — необходимость адаптироваться к новой региональной реальности. И именно здесь особенно заметна разница между прежней и нынешней политикой Пашиняна: то, что в 2019 году преподносилось как принципиальная позиция, сегодня уступило место признанию существующих государственных границ и необходимости выстраивать отношения непосредственно с Азербайджаном.

Не менее важна и практическая сторона происходящих изменений. На встрече Алиева и Пашиняна 31 августа 2026 года стороны обсуждали уже не статус Карабаха, а вполне конкретные вопросы: поставки азербайджанских нефтепродуктов в Армению, транзит товаров через территорию Азербайджана, развитие торговли и энергетического сотрудничества, дальнейшую делимитацию границы и реализацию транспортного проекта TRIPP.

Это принципиальное изменение самой повестки. Еще недавно армяно-азербайджанские отношения определялись прежде всего конфликтом и взаимными территориальными претензиями. Теперь на первый план постепенно выходят транспорт, торговля, энергетика и экономическая взаимозависимость. Мир перестает быть исключительно дипломатической формулой и начинает приобретать материальное содержание.

Особое значение здесь имеет транспортная составляющая. Реализация TRIPP способна изменить структуру региональных коммуникаций, создав новые маршруты между Азербайджаном, Нахчываном и Арменией и одновременно включив Южный Кавказ в более широкую систему торговых связей. Для Армении это означает возможность расширения экономических контактов, а для Азербайджана — дальнейшее укрепление роли одного из ключевых транспортных и энергетических узлов региона.

На этом фоне особенно остро выглядит вопрос о политической цене прежней риторики Пашиняна. Если в 2019 году армянское руководство исходило из того, что Карабах может рассматриваться как часть армянского политического пространства, то сегодняшняя реальность строится на прямо противоположном принципе — признании суверенитета государств и отказе от территориальных претензий. Возникает закономерный вопрос: что изменилось — сама позиция Пашиняна или обстоятельства, которые сделали прежнюю позицию невозможной?

Ответ на него во многом дает сама последовательность событий. Военный и политический баланс в регионе изменился, прежняя модель переговоров утратила перспективу, а перед Ереваном встал выбор между продолжением конфронтационной логики и переходом к нормализации отношений с Баку. Сегодняшняя политика армянского руководства свидетельствует о выборе второго пути.

При этом нынешний курс Еревана нельзя рассматривать исключительно как дипломатический успех Армении. Для Азербайджана он означает реализацию ключевого внешнеполитического принципа — закрепление территориальной целостности и суверенитета страны в качестве основы регионального мироустройства. Именно на этой основе теперь выстраивается и новая система отношений с Арменией.

В этом смысле наиболее показательным остается контраст между двумя политическими эпохами. В 2019 году Пашинян говорил: «Арцах — это Армения, и точка». Сегодня его правительство участвует в процессе, основанном на признании территориальной целостности Азербайджана и развитии отношений между двумя независимыми государствами. Между этими двумя позициями — не просто изменение дипломатической риторики, а глубокая трансформация политической реальности Южного Кавказа.

Поэтому главная интрига нынешнего этапа заключается уже не в том, удастся ли вернуть регион к прежней модели конфликта, а в том, насколько последовательно стороны смогут закрепить новую систему отношений. Делимитация границы, транспортные проекты, торговля и энергетическое сотрудничество должны превратить достигнутые политические договоренности в устойчивую практику.

Южный Кавказ постепенно выходит из эпохи, когда его будущее определялось нерешенным карабахским конфликтом. На смену прежней конфигурации приходит система, в которой центральными становятся суверенитет государств, открытие коммуникаций и экономическое взаимодействие. И один из наиболее наглядных символов этой перемены — эволюция позиции самого Пашиняна: от категоричного «Арцах — это Армения» до участия в мирном процессе, основанном на принципах, которые Азербайджан отстаивал на протяжении десятилетий.

Автор

Заур Нурмамедов