Он родился в неспокойном, грозном 1915 году, ставшего вестником необратимых перемен всего миропорядка прежней системы. Рушились исчезая в небытии империи, эпидемии проносились над странами, выкашивая людей миллионами, две мировые войны смели старый мир до самого его основания, а этому человеку было суждено в будущем, пройдя все испытания на прочность, воспеть этот противоречивый мир на разных языках, восхищая всех своим тембром, харизмой и безудержной любовью к жизни.

Рашид Меджид оглы Бейбутов родился в городе Тифлис Российской империи (Тбилиси, Грузия) 14 декабря 1915 года. Он был третьим ребенком в семье Фирузы Вакиловой и Меджида Бехбудалы-оглы. Мать будущего певца происходила из знатной азербайджанской фамилии Векиловых, а ее отец -Аббасгулу-бек был генералом русской армии. Фируза ханум, будучи хорошо образованной девушкой (окончила женскую гимназию имени святой Нины), знала несколько европейских языков и вела преподавательскую и просветительскую деятельность, а также была одним из инициаторов создания мусульманского женского общества в Баку.

Отец Рашида Бейбутова – Меджид бек, в те времена известный Карабахский ханенде был родом из Шуши. Выступал в Карабахе и Гяндже, затем переехал в Тифлис, где владел небольшой фабрикой келагаи (шёлковые национальные азербайджанские шали). В 1910 году компания «Граммофон» пригласила его для записи на пластинку в его исполнении народных песен, мугамов, теснивов. Это было в Риге. На таре ему аккомпанировал тарист Мешеди Джамиль Амиров (отец национальной гордости Азербайджана, композитора Фикрета Амирова). Кстати, известно, что Меджид Бейбутов был известен в музыкальных кругах не только как виртуозный исполнитель мугамной музыки, но и как исполнитель песен на языках народов Кавказа. Помимо того, принимая активное участие в развитии азербайджанского оперного театра он выступал в ряде мугамных оперет, созданных в 1910-е годы. Об этом свидетельствуют афиши и газеты того времени. Сохранились сведения и о том, что Меджид бек, выезжал на гастроли в Иран, в качестве одного из солистов в постановке оперы Мешади Джамиля Амирова «Сейфаль -Мюльк». Большую часть жизни Меджид бей прожил в Тифлисе, где его хорошо знали, как ханенде, запомнившегося любителям мугама своим удивительным тембром голоса.

Подробные факты из биографии отца Рашида Бейбутова помогают нам понять, как, помимо генетической предрасположенности к музыке, на воспитание маленького Рашида влияла еще и атмосфера в семье, в которой искусство играло главенствующую роль, исподволь настраивая ребенка на верный лад. Наверно это и было самым лучшим и правильным формированием музыкального вкуса, явившегося тем самым камертоном, благодаря которому, в дальнейшем никто так и не смог разгадать феномен исполнительского таланта певца.

После окончания школы, в 1933 году юный Рашид стал студентом железнодорожного техникума, так настояли родители. Но и в таком, казалось бы, не музыкальном заведении, молодой человек становится инициатором создания студенческого оркестра Тео-джаз. После получения диплома его призывают в Рабоче-крестьянскую Красную армию, где талантливого певца чуть позже назначают солистом армейского ансамбля.

После демобилизации музыкант поступил на службу в эстрадный коллектив города Тбилиси, но ненадолго. Вскоре он продолжил свою певческую карьеру в Ереванской филармонии, после которой стал выступать в Государственном джазовом оркестре Армении, под руководством композитора Артемия Айвазяна. Одновременно с этим музыкант солировал в Оперном театре им. Александра Спендиарова. А в 1939 году артист впервые выступил в Москве в рамках «Декады армянского искусства».

Во время Второй Мировой войны талант музыканта оказался весьма востребован — он с группой других артистов концертировал на Крымском фронте. Петь приходилось иной раз без аккомпанемента, в землянках, в наскоро сколоченных бараках, полевых госпиталях, порою под обстрелами и бомбежками.

Незадолго до окончания войны, в 1944 году Бейбутов становится солистом Азербайджанской Филармонии. За год до этого, вокальные способности Рашида привлекли режиссера картины «Аршин мал алан» Рза Тахмасиба, и он решил задействовать талантливого исполнителя в одной из главных ролей – купца Аскера. Фильм получился настолько интересным. насыщенным хорошей музыкой, что пользовался успехом не только у зрителей Советского Союза, но и далеко за его пределами.

Но об этом фильме, нам предстоит рассказать более обстоятельно.

Снятая по мотивам оперетты «Аршин мал алан» Узеира Гаджибекова картина настолько полюбилась миллионам зрителей, что прославила не только всех его участников, но и азербайджанское искусство в целом, стала его визитной карточкой. Наутро все исполнители главных ролей проснулись знаменитыми, на них обрушилась такая всенародная любовь и слава, о которой они не могли и мечтать!

Фильм, «Аршин мал алан» — это первый в истории советского кино случай, когда глубоко национальное искусство получило такое широкое международное признание. Фильм был дублирован на 86 языков, Картина обошла почти 140 стран. В СССР за первые шесть недель проката ее просмотрело 16 миллионов зрителей. Бюджет азербайджанского и русского вариантов составлял 5 миллионов 807 тысяч тогдашних советских рублей. Только за два первых года проката фильм дал стране 5 миллиардов рублей прибыли. По ценам 1947 года этих денег было достаточно на приобретение за границей технического оборудования для запуска металлургического завода. Кроме этих пяти миллиардов «Аршин мал алан» давал в течение многих лет огромные валютные поступления от проката за рубежом.

Фильм оказался настолько востребованным в Европе, что советский кинематограф стал ориентиром для быстро растущих киношкол Польши, Восточной Германии, Румынии, Венгрии. В Китае «Аршин мал алан» приносил такие гигантские прибыли, что Мао Дзэдун приказал снять китайскую версию азербайджанской оперетты. Китайский фильм назывался «Любовь под одеялом»: китайцы называли одеялом чадру. Впоследствии Грузинские кинематографисты рассказывали об огромном влиянии фильмов «Аршин мал алан» и особенно «Мешади Ибад» на основоположников грузинской национальной кинокомедии.

Подобный успех фильма был вполне закономерен – мир устал от ужасов войны, пролитой крови, тут же на экране просто и с подкупающей душу искренностью рассказывалась история любви двух молодых людей, где под удивительно мелодичную, проникающую в самую душу музыку Узеира Гаджибекова, на фоне прекрасных декораций, ярких национальных костюмов, герои любят, страдают, искрометно шутят, и разыгрывают доверчивого аристократа отца, нежелающего выдавать свою дочь за мнимого уличного торговца тканями. Фильм дарил людям ту самую, недостающую в их настоящей реальности легкость, красоту и уверенность, что все в жизни просто обязано иметь счастливый конец.

Вот как вспоминал об этом времени поэт, Заслуженный деятель искусств Владимир Кафаров:

«Окончание той, Большой, войны, которая завершилась разгромом немецкого фашизма, ознаменовалось для нас, бакинцев, и всех жителей Азербайджана, двумя, хотя и неравнозначными, торжествами: салютом Победы и выходом на экраны кинофильма «Аршин мал алан» — веселого, искрометного, действительно — праздничного. И конечно же, кумиром всех мальчишек сразу стал Аскер в исполнении молодого Рашида Бейбутова. Позже, в зрелые годы я не однажды восторгался: какой неповторимый ансамбль исполнителей сплотил этот фильм! Просто плеяда корифеев! Но тогда я, бакинский четвероклассник, почти не видел никого, кроме Аскера и Гюльчохры».

В 1946 году за участие в создании фильма «Аршин мал алан» Узеир Гаджибеков, Рза Тахмасиб, Рашид Бейбутов, Лейла Джаванширова (Бедирбейли), Алекпер Гусейнзаде, Минавар Калантерли, и Лютфали Абдуллаев получили Сталинскую премию.

Феноменальный успех, признание публики, с тех пор неизменно сопровождали артиста в его выступлениях как дома, так и на многочисленных сценах зарубежных стран. А география этих стран была настолько обширна, что перечислить все концерты в данной статье просто невозможно! От Индии и Китая, до Ирана, Афганистана, стран Восточной Европы, стран Бенелюкса, Англии, Германии, Финляндии, Африки и Америки.

Однажды на гастролях по странам Латинской Америки в течении трех месяцев он дал ровно 85 выступлений! И на каждом своем концерте Рашид Бейбутов включал в репертуар песни на языке той страны, где ему предстояло выступать. Скрупулезно выверял произношение, вникая в смысл слов, перед выступлениями он тщательно продумывал сценические мизансцены, выверяя их буквально пошагово. О его требовательности к себе в исполнительстве среди музыкантов ходили легенды.

Своим творчеством он объединял страны, континенты, всегда находя пусть к сердцу слушателей, не важно были ли это простые работяги с заводов и фабрик, дипломатические работники, шахи, президенты или короли.

Однажды на одном из концертов, который проходил в Финляндии, президент страны, услышав пение Рашида на финском языке воскликнул: «Ты –финн»! В Индии же была еще более парадоксальная реакция местного индийского раджи, который в порыве благодарности, после концерта подарил Бейбутову стадо слонов. В той же Индии был еще один показательный случай из гастрольной жизни певца: ночной поезд вез на концерт делегацию советских артистов. Свет в вагоне погас. Плисецкая, Тургунбаева, Михайлов, Масленникова, Бейбутов и другие артисты уже готовились отойти ко сну. Внезапно поезд остановился. Из вагона было слышно, как снаружи начал нарастать неясный гул толпы… Голоса звучали отчетливей, сливаясь в дружное скандирование: «Рашид Бейбутов! Рашид Бейбутов!..» Это жители окрестных индийских деревень, узнав, что едет Бейбутов, преградили путь поезду. Они хотели видеть и слышать певца, ставшего им родным благодаря искусству синематографа. И он пел им – прямо со ступенек вагона – азербайджанские и индийские песни на языке хинди…

И так его встречали везде, от Латвии, до Китая, от Москвы, до Латинской Америки, завоёвывая сердца, он привозил домой множество наград, Его все любили. У него везде были свои поклонники. Однажды на гастролях в Англии во время выступления на концерте случился маленький казус, — отключился микрофон. Рашид Меджидович не растерялся, каким-то образом подал знак своим музыкантам не останавливаться. В огромном зале, даже на последнем ряду его красивый, сильный голос был слышен. Публика пришла в восторг, и стоя, долго аплодировала ему.

На одном из своих концертов, в Финляндии Рашид Бейбутов встретился с выдающимся итальянским певцом Бениамино Джильи, встреча была очень знаковой и важной, они еще долгое время профессионально обменивались секретами вокальной техники. Позже, Джильи с удивлением и восхищением вспоминал, что Рашид Бейбутов обладая уникальной певческой постановкой, никогда не брал уроки пения у педагога, который бы ему ставил голос. Его высокий тенор-альтино, нежного и теплого тембра, широкого диапазона, сочетал в себе парадоксальную, практически нереальную особенность: симбиоз европейской постановки, с мягким, певческим дыханием и гортанную манеру пения, с филигранной фиоритурой и мелизматикой, которая характерна для мугама и народных азербайджанских песен. Потому технически ему был доступен очень широкий диапазон произведений — от неаполитанских песен до мугамного исполнения.

Своим главным достижением, детищем, Рашид Бейбутов считал созданный им в 1966 году «Театр Песни». Это был первый в СССР подобный проект, предполагавший постановку мюзиклов, музыкальных клипов и т.д. Театр Песни должен был стать центром, некоей творческой лабораторией, где бы песне предоставили подобающее ей место. Песня для Рашида Меджидовича всегда была живой, наполненной глубочайшим смыслом субстанцией, которая требовала очень бережного к себе отношения. Вот что говорил о песне сам Рашид муаллим: «Как драгоценный камень, как наполненный до краёв рог со старым вином держу в руках, когда прикасаюсь к народной песне. Дух захватывает от счастья, от силы, заключенной в ней, и восторг сменяется опасением: не сломать, не расплескать донести её до людей, всю до капли, повернуть так, чтобы солнце отразилось в каждой её грани». (Рашид Бейбутов, народный артист СССР, газета Бакинский рабочий 01.11.1961 г.) В своем театре Бейбутов сам рисовал эскизы к концертам, придумывал декорации, костюмы, писал сценарии. Его детище живо и по сей день и носит его имя, но тогда идея о создании Театра для песни намного опережала своё время.

Музыка, как и эмоции обладает общечеловеческим, объединяющим началом – ей ни почем границы, языки, она находит путь к душе каждого человека, для этого нужно всего лишь обладать уникальным талантом и умением делиться со сцены своим сердцем, отдавая всего себя служению великой Музыке, возносящей нас к заоблачным высям бессмертного искусства.

«Vita brévis, ars lónga» — Жизнь коротка, искусство вечно», как-то изрек знаменитый греческий мыслитель и врач Гиппократ.

Жизнь, отданная служению вечному искусству, сродни причастию бессмертному напитку, амброзии, наделяющего вечной жизнью имя беззаветного служителя, вписавшего свое имя в ее золотые скрижали. И одно из этих многочисленных счастливых имен мы знаем — Рашид Меджид оглы Бейбутов…

Мелек Велизаде

Кандидат искусствоведения, доцент

Специально для «Зеркало»